Подполковник Саттаров – командир первого резервного батальона мотострелкового полка. В зоне специальной военной операции – с самого начала, передает накопленный опыт добровольцам, которые пополняют ряды подразделения. В новом выпуске «Разговора на передовой» офицер советской школы рассказал, с чего начинался национализм на Украине и почему в свое время Тамерлан не пошел на Русь
Комбат Саттаров – офицер, потому что об этой профессии мечтал с детства. Окончив школу, в 18 лет стал курсантом Киевского танкового высшего инженерного училища. Как и все родившиеся на стыке 1960-70-х годов, выходя в большую жизнь, попал на слом эпох: поступал учиться еще в СССР, а окончил уже на «самостийной» Украине – и не училище, а Киевский институт сухопутных войск.
По распределению поехал в Узбекистан – республику, тоже ставшую независимой. Там была его семья – мама, отец. Служил до 2011 года, а потом переехал в Россию, в Челябинск, откуда родом была его любимая жена. Там же вышел на воинскую пенсию, а в 2014 вернулся в армию. Решил, что все мастерство, все умения, наработки надо передавать молодым – ведь именно для этого он стал офицером. А еще для того, чтобы защищать свою Отчизну.
– Каждый живущий на этой святой земле, России, должен понимать, что его долг – защищать Родину. Меня это побудило вернуться на службу. Жена переживала из-за возраста, во-первых, да и помотались, поездили с ней достаточно по гарнизонам, – говорит комбат.
СВО он встретил, используя наработки, которые применяли в Афганистане, а также накопленный багаж знаний. Именно с этой точки зрения он сегодня учит пополнение — в лучших традициях советской военной школы, а также на опыте двух лет СВО и на примере новшеств, стремительно появляющихся на передовой. Это касается и использования БПЛА, и тактической стрельбы, и штурмовых действий.
Говоря о спецоперации, вспомнил подполковник Саттаров годы учебы в Киеве. Считает, что уже тогда зарождался там национализм в отношении русских.
– В 2013 году у нас был юбилей выпуска. Встретили нас, россиян, холодно. Впрочем, даже когда мы выпускались, уже тогда проявлялись искорки этого национализма, и казалось, что закончится все чем-то очень нехорошим. Не любили там наших, называли москалями. В 1991 году 7 ноября мы, курсанты, стояли в колонне перед воинским парадом на Крещатике. Напротив была гостиница, из окон которой молодчики махали бандеровскими флагами и орали «Геть москалей!» До сих пор жалею, что магазины автоматов тогда были пустыми, так хотелось по этим окнам шмальнуть! – говорит комбат Саттаров.
По его словам, украинцы в 2024 году вообще перестали стесняться: их сознание, даже тех, кто в пору учебы в училище с русским паек делил, уже было полностью заражено идеями неонацизма.
– Как им помочь? Ну только вот прийти, постучать и сказать «салам алейкум». Другого выхода нет, – говорит подполковник.
У нас все получится, он в этом уверен, ведь Россия несет в мир добро.
– Знаете, я очень люблю историю. Всегда вспоминаю вот что. Когда Тамерлан наступал на Русь с полчищами войск, ему оставалось совсем немного до Москвы. Он остановился переночевать в поле, а утром развернул армию и ушел. Почему? Ему приснилась Дева Мария – Биби Майрам, как у нас говорится, – она помахала ему головой отрицательно, что означало: не иди на Русь, не надо. О чем это говорит? О том, что Всевышний всегда на стороне добра. На стороне России.
Это моя Родина, и я буду с ней до конца во что бы то ни стало. А День Победы – это святой праздник. Это праздник моего деда, который воевал, дошел до Польши, был ранен… Это праздник такой, что сколько будет существовать наш великий народ, столько и будет его помнить, – уверен комбат.
Виктория Шкляр
